В России могут отменить экологическую экспертизу строительства

В июле депутаты Госдумы и Совет Федерации приняли законопроект, который разрешает капитальное строительство на особо охраняемых территориях и в зоне Байкала без государственной экологической экспертизы (ГЭЭ). Новый закон фактически разрушает механизм, с помощью которого общество могло выразить несогласие со стройками.

«Такие дела» поговорили с экологами, активистами и экспертами о том, к чему приведут нововведения и почему экспертизу нужно было улучшать, а не отменять.

В России могут отменить экологическую экспертизу строительства Завод компании «Аквасиб» по розливу байкальской воды в поселке Култук. Ранее природоохранная прокуратура заявила, что строительство завода в поселке Култук на юге Байкала затрагивает уникальное болото, где во время перелета останавливаются редкие птицы Владимир Третьяков / РИА Новости

Что случилось?

Отменить экспертизу решили не отдельным законопроектом, а пакетом поправок в законопроект №866900-7, который должен был ускорить строительство БАМа и Транссиба. Уже ко второму чтению экологи назвали его одним из самых экологически опасных законопроектов, который предлагала Госдума.

Теперь компании без экологической экспертизы смогут строить объекты на особо охраняемых природных территориях регионального значения — заповедниках, национальных парках, государственных природных заказниках.

При этом отменяются все общественные обсуждения и публичные слушания проектов строительства.

В прошлых чтениях законопроекта экспертизу собирались убрать для наиболее опасных объектов, в том числе и мусоросжигательных заводов, но оставили под давлением общественности.

ГЭЭ обязательно проводилась для стройки вокруг Байкала: даже больницы и школы в селе за сотню километров от озера — в Иркутске, Шелехове, Усолье, Улан-Удэ и других населенных пунктах — начинали строить только после положительного заключения государственной экологической экспертизы. Новый законопроект позволит строить на берегах Байкала железные и автомобильные дороги, порты и даже аэродромы. Для этих целей разрешается проводить на Байкале сплошную рубку леса.

Компании будут подавать документы только в органы Минстроя на госэкспертизу (ГЭ) без прохождения экологических экспертиз. ГЭ проверяет, соответствует ли проект формально техническим регламентам, нормам градостроительного кодекса, предельно допустимым концентрациям химических веществ в воздухе, допустимым выбросам и сбросам.

«Госэкспертизу устроят положительные заключения экологов, даже если они отметили серьезные недостатки. Минстрой не оценивает долговременные последствия хозяйственной деятельности для экологии», — подчеркивает руководитель нижегородского экологического центра «Дронт» Асхат Каюмов.

Минстрой не оценивает долговременные последствия хозяйственной деятельности для экологии

Экологическую экспертизу пробуют отменить не первый раз. «С 2000-х годов экологическое законодательство просто выхолащивалось.

Почему-то барьеры бизнеса всегда устранялись за счет природоохранной сферы, а не других», — говорит эколог Дмитрий Шевченко, исполнительный директор АНО «Гражданская инициатива против экологической преступности».

В начале 2000-х Госдума приняла закон 232-ФЗ, согласно которому экологическую экспертизу перестали проводить для строящихся предприятий 1-3 класса опасности. В 2006 году в Москве прошли протесты, спустя два года в 2008-м экологическую экспертизу частично восстановили.

В 2014 году Гринпис собрал более 20 тысяч подписей против отмены экспертизы для строек на особо охраняемых территориях. В 2016 году хотели отменить ГЭЭ уже для работ при аварийных разливах нефти на море. Эти законопроекты были отозваны под давлением общественности.

Когда ГЭЭ действительно помогала?

По нынешним правилам государственной экологической экспертизе подлежат только нефтеперерабатывающие заводы, электростанции, металлургические предприятия, объекты обращения с отходами — мусоросжигательные, мусороперерабатывающие заводы, полигоны. Таким проектам не дают финансирования без положительного заключения ГЭЭ.

Экспертиза помогла сохранить Кавказский биосферный заповедник и отклонила проект трассы Кисловодск-Сочи, которую собирались через него проложить. В Нижегородской области госкомпании «Русгидро» не разрешили поднять уровень Чебоксарского водохранилища.

«Жители сопротивлялись, даже региональная власть понимала, что у них проблем будет больше, чем пользы. Проект вышел на государственную экоэкспертизу и получил отрицательное заключение. Такие случаи есть», — рассказывает эколог Асхат Каюмов.

«Самое важное — экспертиза дает участвовать в вопросах защиты окружающей среды на публичных слушаниях.

Не только государство может сказать свое слово, но и граждане, и независимые эксперты», — замечает эколог Дмитрий Шевченко. Публичные слушания обязательно проводятся на стадии оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС).

ОВОС считается обязательной частью документов по проекту и предоставляется на государственную экологическую экспертизу.

Благодаря общественным слушаниям жители остановили строительство мусоросжигательного завода в Санкт-Петербурге. Бывало, активисты не могли прервать строительство, но сумели хотя бы снизить ущерб природе, например от газопровода «Северный поток». После общественных слушаний компания была вынуждена сократить ширину трассы со 100 метров до 30-60 метров на разных участках.

Граждане также могут зарегистрировать общественную экологическую экспертизу. Комиссия ГЭЭ должна изучить ее доводы и учесть в своем заключении.

«Это интересы жителей, людей, которые хотят участвовать в решении вопросов своего здоровья и безопасности, сохранении благоприятного состояния окружающей среды.

Пока законодательство позволяет получать для общественной экспертизы все документы проекта, так можно понять, насколько правомерны те сведения, которые предоставляет заказчик, правильно ли они сделаны», — замечает журналист-эколог, член Общественного совета Минприроды Александр Федоров.

Качественно проведенной общественной экспертизе могут придать юридическую силу, добавляет эксперт. Тогда она становится заключением государственной экологической экспертизы. Как например, по проекту полигона твердых бытовых отходов в Южно-Сахалинске в 2004 году.

Общественная экспертиза показала, что реки Хомутовка и Змеевка находятся под угрозой, и заключение утвердили приказом № 487 от 28 сентября 2004 года.

«Это практически единственный такой случай в российской практике, который показывает, что, во-первых, этим никто и никогда не злоупотреблял, а , во-вторых, общественная экспертиза по качеству и соответствию вполне может соответствовать требованиям. Предъявляемым к государственной», — говорит Федоров.

Более того, граждане могут направить на ГЭЭ общественных наблюдателей. «Представителям общественности иногда дают слово, у меня такое было не раз. Иногда наше слово попадает в протокол заседания. Правда, обычно это не влияет [на решение]», — говорит эколог Дмитрий Шевченко.

Однако наблюдатели часто смотрят на саму процедуру экспертизы, есть ли в ней нарушения — например, дают ли общественникам доступ к материалам. По мнению Дмитрия, таким способом можно повлиять на решение экспертизы.

«Мы следим, сообщаем о нарушениях прокуратуре, заказчику, местным властям, иногда удавалось не допустить стройку», — отмечает эколог. Михаил Крейндлин, эколог Гринписа, добавил, что именно так остановили возведение Эвенкийской ГЭС в Красноярском крае.

Выявленное нарушение процедуры ОВОС позволило доказать в суде, что вылов косаток и белух, оказавшихся в «китовой тюрьме», незаконен.

В России могут отменить экологическую экспертизу строительства www.pixabay.com

«ГЭЭ слаба и неэффективна, но ее назначение важно»

Михаил Крейндлин рассказал, что ГЭЭ была «очень эффективным» механизмом в 1990-е годы, когда благодаря ей удалось остановить многие опасные объекты строительства. Изначально под действие ГЭЭ попадали любые объекты, которые строятся, — завод, жилой дом, минимаркет.

«С другой стороны, каждый ларек должен был проходить оценку воздействия на окружающую среду, оплачивать ГЭЭ, которая велась три месяца, — это сильно задерживало проекты.

Для мелких строек это не всегда целесообразно, — объясняет эколог Асхат Каюмов, директор Нижегородского экологического центра “Дронт”. — Воспользовавшись этим, решили убрать большую часть объектов из-под ГЭЭ.

В итоге сейчас даже какой-нибудь химический завод не подлежит экспертизе, если он не находится на особо охраняемой природной территории и не является объектом обращения с отходами. Это плохо».

сейчас даже химический завод не подлежит экспертизе, если не находится на особо охраняемой природной территории

В среднем сегодня государственные экологические экспертизы редко останавливают строительство — только 10-20% отклоняют проекты. Это показывают отчеты центрального аппарата Росприроднадзора. Активисты и экологи признают, что зачастую компании игнорируют экспертизы, нарушают процедуру или не доводят до конца, проводят формально ее этапы.

«Так было с заказником “Леса Серебряноборского лесничества”, где по прихоти Воробьева сделали сначала парк “Раздолье”, а теперь строят “Парк Малевича” — с волейбольными площадками с подогревом, — рассказывает Максим Богомолов, координатор Дружины охраны природы биофака МГУ.

— Там формально провели ОВОС, провели общественные обсуждения, про которые люди не знали, никто не пришел, на экспертизу подали не весь пакет документов, и на этом все закончилось.

Строительство продолжается, хотя даже деньги без положительного заключения ГЭЭ выделить нельзя было».

Даже если экспертиза нужна для начала финансирования, по закону не обязательно исполнять рекомендации ГЭЭ. Ответственность за несоблюдения экологических требований для юридических лиц «смехотворная», замечают экологи. В КоАП прописан штраф от 100 до 250 тысяч рублей.

«Когда строится крупный объект на сотни миллионов и даже миллиарды рублей, это даже не укус комара, а легкое дуновение ветерка. Механизм ГЭЭ сегодня разобран, он слабый, неэффективный, но его назначение очень важно. В отношении неясного, то есть потенциально ничем не ограниченного перечня объектов «инфраструктуры», Госдума приняла закон, вообще отменяющий проведение ГЭЭ», — говорит Федоров.

Дмитрий Шевченко замечает, что случается конфликт интересов. «В одном лице государство проводит экспертизу и этот же орган (Росприроднадзор, — прим. ТД) обычно выдает лицензии и согласует проект.

Если проект политический — олимпийские объекты или Крымский мост — всякие возможности для общественности будут обрублены, и не важно, что разрушаются многие региональные памятники природы», — подчеркивает эксперт.

Читайте также:  Должникам запретили переписывать имущество на родственников

С Шевченко согласен приморский эколог Анатолий Лебедев: «Как правило, те компании, которые хотят создать крупные проекты в регионе и использовать природные ресурсы, активно поддерживаются государством и поэтому нанимают тех экспертов, которые дают априори положительное заключение».

Активисты говорят, что часто нарушается порядок общественных слушаний. Крупные компании приводят своих рабочих, несколько тысяч человек, которые полностью забивают зал.

«Бывало, что люди отношения не имели к району», — добавляет председатель «Зеленого фронта» Сергей Виноградов. Общественность также не может знать, как отбираются эксперты в государственную комиссию.

«Мы никак не можем их контролировать, содействовать отзыву эксперта и его дисквалификации», — отмечает краснодарский эколог Дмитрий Шевченко.

Иногда экоэкспертизу, которая незаконно одобряла экологически опасный проект, можно было обжаловать в суде. Именно так произошло, когда ГЭЭ одобрила строительство нефтепровода «Восточная Сибирь — Тихий океан» в 800 метрах от берега Байкала.

Однако нередко суд соглашался с ГЭЭ — так он разрешил строительство двухуровневой развязки на Червишевском тракте, которая затрагивает природный парк «Тополя» в Тюменской области. Недавно в Гринпис составили судебный иск об отмене положительного заключения экспертизы о строительстве Юго-Восточной хорды в Москве.

По их мнению, стройка может привести к оползням и обнажению радиоактивных отходов.

«Нужно улучшать, а не ликвидировать»

Несмотря на перечисленные недочеты механизма государственной экологической экспертизы, эксперты сходятся на том, что аналогов ему нет. Крейндлин отмечает, что если ГЭЭ отменят, то граждане по-прежнему могут обращаться в органы власти, суд или прокуратуру.

«Но, во-первых, правонарушения будет сложнее установить, потому что у людей будет меньше информации. Во-вторых, если подавать обращение в суд на деятельность, которая может причинить вред в будущем, то для этого нужны основания, полные документы проекта.

Формально эти механизмы останутся, но реализовать их будет гораздо сложнее», — уверен эксперт.

Директор по правовым вопросам WWF Екатерина Хмелева отмечает, что в законе «Об охране окружающей среды» остается статья 32: «В соответствии с ней оценка окружающей среды является обязательной, независимо от того, подлежит государственной экологической экспертизе эта деятельность или нет». Однако, по мнению Хмелевой, недобросовестные заказчики смогут провести ОВОС «так, как им хочется», и это не будет обсуждаться на общественных слушаниях.

Приморские экоактивисты общественной организации «БРОК» считают, что для регионов Сибири и Дальнего Востока экспертиза и общественные слушания особенно важны. Их население рассыпано по мелким поселкам, а территории, как правило, привлекательны для ресурсных монополий.

Экспертиза — последний оплот для граждан, чтобы защитить их жизнь, территории и ресурсы

«Экспертиза — последний оплот для граждан, чтобы защитить вообще жизнь, территории и ресурсы, благодаря которым люди просто живут, — говорит председатель приморской организации “БРОК” Анатолий Лебедев. — Они заложники интересов федерации, которая живет в Москве.

Тех, как правило, в последнюю очередь волнуют заботы и проблемы выживания малых населенных пунктов, которые можно забыть, уничтожить. За последние 25 лет их вымерло десятки тысяч по Сибири, об этом не принято говорить.

Вымирают, потому что территории угнетенные, забыты государством и захвачены ресурсными монополиями. Мы бьемся как можем».

Даже если люди не могут повлиять на результат государственной экологической экспертизы, на общественной экспертизе они могут быть наблюдателями и знакомиться с проектом, считает эколог Асхат Каюмов.

«Они получат информацию и смогут влиять на проект под давлением общественности и через СМИ даже после положительного заключения. Институт экспертизы нужно улучшать, а не ликвидировать»,— уверен эксперт.

Чиновники вновь пытаются отменить экологическую экспертизу

Ликвидация последствий катастрофы в Норильске ещё далека от завершения, а депутаты и правительство готовят к принятию законопроект, который во много раз увеличит вероятность подобных аварий в будущем и навредит самым ценным природным территориям России.

Сейчас Комитет по транспорту и строительству Государственной думы готовит ко второму чтению законопроект № 866900-7. Изначально направленный на упрощение строительства Байкало-Амурской магистрали и Транссиба, этот законопроект ко второму чтению превратился в один из самых экологически опасных проектов, которые Дума рассматривала в последнее время.

Разработчики проекта предлагают отменить государственную экологическую экспертизу (ГЭЭ) любых объектов, в том числе возводимых на особо охраняемых природных территориях, объектов обезвреживания и размещения отходов, а также объектов I категории опасности — оказывающих значительное негативное воздействие на окружающую среду.

Эта же позиция содержится в проекте Общенационального плана действий по выходу из кризиса, подготовленном правительством.  

Экологическая экспертиза — одна из немногих возможностей для граждан влиять на решения властей и бизнеса по строительству разрушительных для природы объектов.

Её отмена означает, что совсем скоро без предварительной экологической оценки и общественных слушаний в национальных парках начнут строить гостиницы и ведущие к ним коммуникации, в заказниках вырастут нефтяные вышки, рядом с вашим домом появится свалка, а вместо любимого пляжа вы обнаружите нефтеналивной терминал.

В России могут отменить экологическую экспертизу строительства

В случае принятия законопроекта в России не будет никакого механизма оценки предполагаемой хозяйственной деятельности с точки зрения её экологической безопасности.

Общественное обсуждение, проведение общественной экоэкспертизы, участие в принятии экологически значимых решений — всё это станет невозможным.

Граждане и общественные объединения больше не смогут воспользоваться конституционным правом на благоприятную окружающую среду и достоверную информацию о её состоянии, что является прямым нарушением Конституции.

Принятие проекта Госдумы повлечёт за собой ликвидацию института государственной экологической экспертизы и процедуры ОВОС (оценки воздействия на окружающую среду) для большинства наиболее значимых для граждан объектов, способных оказать воздействие на состояние окружающей среды и здоровье населения.

Многие российские ООПТ подпадают под действие международных соглашений, и любая деятельность, которая может оказать воздействие на эти природные объекты, должна проходить процедуру ОВОС. Отмена экологической экспертизы не только многократно усилит воздействие на эти природные объекты, но и приведёт к нарушению международных обязательств России.

Законопроект Думы особо выделяет отмену экспертизы для мусоросжигательных заводов с выработкой энергии. О том, что в городе будут строить МСЗ, люди будут узнавать только после появления забора и начала подготовки территории под стройку.

К тому же, в отсутствие экологической экспертизы, недобросовестные инвесторы начнут отказываться от природоохранных мероприятий, что неминуемо повлечёт за собой рост техногенных аварий и катастроф, а также ухудшение экологической обстановки во многих регионах страны. 

Кроме того законопроект Думы разрешает без каких-либо оснований изменять границы ООПТ регионального и местного значения и исключать из них участки под строительство Байкало-Амурской и Транссибирской железнодорожных магистралей. Это не соответствует федеральному закону «Об особо охраняемых природных территориях» и прямо противоречит федеральному закону «Об охране окружающей среды».

Столь важный для граждан России законопроект не обсуждался с общественностью, представителями науки и природоохранными специалистами. Он не рассматривался и Комитетом по экологии и охране окружающей среды Государственной думы. Тем не менее его окончательное принятие предполагается уже в июле 2020 года. 

Владимир Путин на встрече с экологами и зоозащитниками 5 июня поручил правительству завершить работу по внесению в природоохранное законодательство норм, которые позволят предотвращать в будущем аварии, подобные норильской. Отмена экологической экспертизы приведёт к прямо противоположным результатам.

Мы с вами уже не раз спасали ценные природные территории и отстаивали природоохранные нормы. Не дадим и в этот раз разрушить основные механизмы защиты природы. Российское отделение Greenpeace призывает всех направить в профильные комитеты Думы обращения с требованием не допустить ликвидации экологической экспертизы.

гражданское общество законы мсз нефть особо охраняемые природные территории

В госдуме предложили отменить государственную экологическую экспертизу

Зеленый свет загрязнению природы

Депутаты Государственной Думы РФ подготовили законопроект, в котором предлагается отменить проведение обязательной государственной экологической экспертизы при строительстве наиболее опасных объектов, таких, как, например, мусоросжигательные заводы, заводы по переработке мусора и отходов. Кроме того, экспертиза не понадобится и для проведения строек на особо охраняемых природных территориях.

В России могут отменить экологическую экспертизу строительстваВполне понятны мотивы тех, кто разработал такой законопроект. Сейчас во многих случаях проведение государственной экологической экспертизы не только замедляет строительство предприятий, но и в некоторых случаях делает их невозможным. Многие объекты приходится выносить в места, где они не создадут угрозы природе, жизни и здоровью людей, либо дорабатывать проект с учетом замечаний экспертизы. В итоге стоимость проектов значительно увеличивается, что приносит дополнительные расходы хозяевам компаний, инвесторам.

Отмена государственной экологической экспертизы позволит снизить расходы на строительство указанных предприятий, уменьшить издержки производства, удешевит и сам производственный цикл. Однако при этом встанет вопрос безопасности сооружений для людей и окружающей среды.

Читайте также:  7 необходимых формальностей при переезде в другой город

Даже сейчас имеется масса случаев, когда экономии средств, погоня за выгодой приводили к крупным экологическим бедствиям, нанёсшим серьёзный ущерб окружающей среде. Последний пример – крупная авария на ТЭЦ в Норильске, в результате которой десятки тысяч тонн нефтепродуктов попали в землю и близлежащие водоёмы. С принятием нового закона такие аварии станут повседневностью.

Бизнес получит ещё больше возможностей для строительства заводов, отравляющих своими выбросами окружающую среду, рядом с жильём.

Такое положение естественно для капитализма, в котором главным мерилом эффективности является прибыль. Зачастую дополнительные требования по очистке выбросов и обеспечению безопасности приводят к снижению прибыли для капитала. Естественно, что капиталисты стараются ликвидировать всякие препятствия, ограничивающие заработок. Однако страдают от этого, прежде всего, трудящиеся.

Именно возле их домов будут построены опасные предприятия, именно они будут работать на этих предприятия и страдать от выбросов. Именно поэтому борьба трудящихся против капитализма является борьбой за сохранение окружающей среды, борьбой за будущее всего человечества.

Замена капитализма более прогрессивной системой приведет к улучшению экологической обстановки и снижению нагрузки на окружающую среду.

Об изменениях законодательства в области экологической экспертизы

Главная / Новости / Пресс-служба

Постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июня 2020 г.№ 849 внесены изменения в постановление Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2020 г.

№ 440 «О продлении действия разрешений и иных особенностях в отношении разрешительной деятельности в 2020 году» (далее – постановление № 440), в том числе в части дополнения постановления № 440 приложением № 16, устанавливающим особенности применения разрешительных режимов, предусмотренных Федеральным законом от 23 ноября 1995 г. № 174-ФЗ «Об экологической экспертизе»

(далее – Федеральный закон № 174-ФЗ).

 Так, в соответствии пунктом 1 указанного выше приложения к постановлению № 440 срок действия положительного заключения государственной экологической экспертизы, срок действия которого истекает в период с 6 апреля 2020 г. до 31 декабря 2020 г.

, продлевается до 31 декабря 2021 г.

, если реализация объекта государственной экологической экспертизы осуществляется без отступления от документации, получившей положительное заключение государственной экологической экспертизы, с учетом положений абзаца шестого пункта 5 статьи 18 Федерального закона № 174-ФЗ.

 Согласно пункту 2 приложения № 16 к постановлению № 440 в период с 6 апреля 2020 г. до 31 декабря 2020 г.:

  • обсуждение объекта государственной экологической экспертизы и материалов оценки воздействия на окружающую среду хозяйственной и иной деятельности, которая подлежит государственной экологической экспертизе, с гражданами и общественными организациями (объединениями), включая представление участниками обсуждения замечаний и предложений, организуется в соответствии с Положением об оценке воздействия намечаемой хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду в Российской Федерации, утвержденным приказом Государственного комитета Российской Федерации по охране окружающей среды от 16 мая 2000 г. № 372 «Об утверждении Положения об оценке воздействия намечаемой хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду в Российской Федерации», с использованием средств дистанционного взаимодействия;
  •  при предоставлении государственной услуги по организации и проведению государственной экологической экспертизы могут использоваться средства дистанционного взаимодействия.
  •  Учитывая изложенное, а также в целях оптимизации процессов, связанных с предоставлением Росприроднадзором государственной услуги по организации и проведению государственной экологической экспертизы федерального уровня,  стабилизации эпидемиологической обстановки в Российской Федерации и недопущения рецессии организационные заседания будут проводиться путем использования систем видеоконференц-связи, а ответы на письменные обращения по вопросам предоставления вышеназванной государственной услуги будут направляться на указанные заявителями адреса электронной почты в виде электронного документа с использованием электронной цифровой подписи (ЭЦП).
  •  Направление документа, подписанного ЭЦП, является мерой, обеспечивающей минимизацию рисков распространения коронавирусной инфекции, и в дальнейшем (при необходимости) Вам может быть направлено данное письмо, подписанное собственноручной подписью. 

Распечатать

Губить природу — дозволено? Экологической экспертизе грозит обнуление

Отказываясь от предпроектной экологической экспертизы, страна всего за несколько лет создаст безнадежную ситуацию и в охране, и в защите окружающей среды

Некоторому затишью на мусорном фронте страны, связанному с пандемией, похоже, приходит конец.

Как стало известно “Ъ”, в недрах Госдумы разрабатывается документ, предлагающий полностью отменить государственную экологическую экспертизу (ГЭЭ) при строительстве наиболее опасных объектов — например, мусоросжигательных заводов, предприятий по утилизации и обезвреживанию мусора, а также проектов рекультивации свалок. Интересно, что инициатива исходит не от комитета ГД по экологии и природопользованию, чья позиция, по словам председателя комитета Владимира Бурматова, напротив, направлена на ужесточение государственного контроля за строительством и эксплуатацией объектов повышенной опасности. Пакет поправок о фактической отмене Госэкспертизы в сфере экологии подготовлен комитетом по транспорту и строительству в рамках другого законопроекта, призванного ускорить приоритетные стройки ОАО РЖД.

Напомним, тот законопроект предполагает наделить президента РФ полномочиями отменять различные нормативы при строительстве наиболее важных железнодорожных объектов. По данным «Ъ»,он был принят в конце декабря 2019 года, позже Совет по кодификации гражданского законодательства счел такой подход «концептуально непригодным».

Тем не менее профильный комитет решил не отступать, и ко второму чтению часть депутатов (их фамилии не называются)предложили изменить закон «Об экологической экспертизе» не только для объектов РЖД, но и для предприятий в сфере экологии.

В частности, предлагается полностью отменить обязательную ГЭЭ проектной документации строящихся объектов обращения с отходами —мусоросжигательных заводов, предприятий по утилизации и обезвреживанию мусора, а также проектов рекультивации свалок. Заметим: — именно они дают наибольший вклад в загрязнение окружающей среды.

Также госэкспертизу не нужно будет проходить практически всем стройкам на особо охраняемых природных территориях.

Высказывается предположение , что отмену ГЭЭ наверняка одобрит бизнес, причем не только недобросовестный, чьи проекты могут не пройти экологическую экспертизу. Даже ответственных участников рынка не устраивают бюрократия, сложность и длительность существующей процедуры, стоимость прохождения ГЭЭ, которая обходится в несколько млн.

рублей, включая подготовку всех документов и проведение расчетов. Кроме того, прохождение экспертизы отодвигает сроки сдачи объекта примерно на семь-восемь месяцев. После положительного заключения ГЭЭ документация проверяется в Главгосэкспертизе при Минстрое. А если там нашлись замечания, то компании придется проходить все стадии заново.

Это отодвигает проект еще минимум на год.

Однако отмена бюрократии лишит общественность возможности высказать свое мнение при строительстве ряда опасных объектов, и может повлечь за собой еще более серьезные нарушения экологических прав граждан и, соответственно, еще более массовые протестные выступления, чего явно не учли авторы поправок.

Законопроект подготовлен ко второму чтению, высока вероятность его принятия в ближайшее время.

Опрошенные “НИ” эксперты оценили возможное изменение закона «Об экологической экспертизе», а также связанные с эти риски возникновения техногенных ЧС и возможный ущерб природным ресурсам.

Ольга Зацепина, руководитель департамента экологического проектирования EcoStandard group

— Желание убрать ГЭЭ со стороны бизнеса понятно. Можно посмотреть статистику этого года: к июню Центральный аппарат Росприроднадзора провёл экспертизу 165 проектов.

Соотношение положительных и отрицательных заключений приблизительно 50 на 50. Половину объектов они отвергли, выдали отрицательное заключение.

Встаёт вопрос: насколько проекты не соответствуют современным нормам и как проводятся экспертиза – насколько она формальна с точки зрения процедуры?

Мы часто сталкиваемся с ситуациями, когда понимаем бизнес: планируется строительство современного объекта, а процедура прохождения чрезвычайно затянута.

Предприниматели хватаются за голову – речь идёт о миллионных вложениях в современный завод, а на ГЭЭ экспертизу не берут документы, так как в протоколе общественных слушаний не указан номер телефона активиста, принимавшего участие в этих слушаниях.

Я думаю, что речь должна идти не об отмене ГЭЭ, не об отказе от общественных слушаний, а о том, чтобы чётко были прописаны правила, процедура, не было бы формальных причин отклонения проектов.

Я считаю, что Минприроды было бы правильно прислушаться к замечаниям по Положению об ОВОС, которое сейчас проходит общественное обсуждение, и принять четкие, однозначные правила, которые реально будут работать. Это упростит процедуру и оставит тщательное рассмотрение проекта, но будут исключены моменты, которые вызывают злость в связи с очевидной бессмысленностью.

Необходимо, чтобы Росприроднадзор (по аналогии со строительной и Главгосэкспертизой) ввел практику официальных консультаций по проектам перед подачей их на рассмотрение. Порой сложно угадать, как они будут трактовать те или иные законодательные акты.

Это тоже приносит большие неудобства – обмениваясь письмами сложно что-то понять. Поэтому официальные консультации напрямую с экспертами ГЭЭ очень помогли бы.

Сейчас же эти 50% отказов в заключениях бизнес получает даже не понимая порой – что именно не устроило эксперта.

Кроме того, с введением ГЭЭ объектов первой категории, увеличился объём проектов в ГЭЭ – не хватает экспертов, они физически не успевают, и в том числе поэтому используют любую возможность чтобы не взять проект на рассмотрение. По одному проекту мы получили счёт на экспертизу только через месяц после того как подали документы.

Читайте также:  Инструкция: как купить дачу с землей?

Кирилл Степанов, председатель национальной аудиторской экологической палаты

Нужно разделять несколько этапов. Есть экологическая экспертиза проектной документации – это то, что предполагается к строительству. То, что внесено в ГД, не могу комментировать, те положения, которые там есть, ещё не означают, что закон будет принят в том виде, в котором он внесён.

Если говорить по существу, то экспертиза у нас осуществляется на прединвестиционной стадии, а дальше в законодательстве возникает большая дыра.

Фактически у нас отсутствует контроль за результатами выполнения этой проектной документации с точки зрения воздействия на окружающую среду уже построенного объекта. И кроме этого, у нас совершенно отсутствует экологический аудит.

Поэтому поводу уже сломано много копий – практически отсутствует независимая экологическая оценка, которая позволяла бы с точки зрения профессионального взгляда дать экспертную оценку о воздействии объекта на природную среду.

К сожалению, у нас и этого нет. Из тех материалов, которые мы получили при обсуждении очередного проекта закона по экологическому аудированию, мы абсолютно ясно увидели, что экологический аудит сегодня находится вне законодательного области. У нас не существует ни такой профессии, не существует правового поля, в рамках которой экологическая экспертиза могла бы существовать.

Есть общественная экологическая экспертиза – это когда общественные организации по своей инициативе могут инициировать проведение экспертизы.

Вопрос заключается в том, за какие деньги они всё это проводят? У общественности нет свободных денег, которые они могли бы потратить на оплату деятельности экспертов.

Поэтому всё останавливается на уровне перекрытия дорог, непрофессионального взгляда на существующие проблемы. И суды у нас неохотно используют независимую экологическую оценку для обоснования своего решения.

Поэтому у нас и случаются частые разрывы трубопроводов, об этом много пишет Гринпис, происходит старение промышленности, предприятия неохотно вкладывают деньги в модернизацию. Это очень затратно и снижает доходную часть бизнеса.

Любые затраты с обеспечение экологической безопасности существенно влияют на результативность бизнеса.

Эти расходы не окупаются быстро, а, если и окупаются, то только за счёт того, что договариваются в виде соглашений о снижении штрафных санкций за счёт введении новых объектов.

— Не поздно ли проводит экологический аудит, когда уже всё построено и вред природе нанесён?

— Что значит – застроено? Жизнь же после этого не останавливается! Кто может дать экспертное заключение о размере ущерба? Допустим, какая-то независимая организация, которая прикреплена к государственному учреждению, например – вузу, та, которая находится на бюджетном финансировании, то есть – в прямой зависимости от государства. Если законодательство нарушает государственная компания или в этой компании большую долю капитала представляет государство? В таком случае можно подозревать некое давление на экспертов, может быть оказано влияние. А привлечение профессиональных экологов-аудиторов на сегодняшний день при решении вопросов, связанных с последствиями аварий, с предупреждением аварийных ситуаций, с выдачей заключений даже при ликвидации объектов. Например, предприятие или банк покупает объект промышленного производства, одним из существенных факторов является воздействие этого объекта на окружающую среду. И тот ущерб, который может быть оценен как риск, который может повлиять на прибыль при возникновении подобных ситуаций. Или когда предприятия проходят процедуру банкротства или закрываются. Не понятно, кто будет нести затраты, связанные с уже осуществлённым воздействием на окружающую среду.

— Если будет отменена ГЭЭ на стадии инвест-проекта, не вызовет ли это ещё большего возмущения граждан, чем тот, который мы видели в Шиесе?

— А что значит – возмущение? Возмущение кого? Общественности? Ну пошумит население – и что? Ну закрыли Шиес. Это всё – бездоказательно.

Почему именно там? Почему не привлекли независимого экологического эксперта, а не находящегося в структуре той или иной компании или государственной структуре? Даже, если это государственная программа, оценку должен давать не ангажированный эксперт! Пошумели, закрыли, а что теперь делать? К сожалению, нет профессионального диалога. Мы не видим диалога, где бы профессионалы обсуждали экологическое устройство страны.

— Как в цивилизованной мире устроена экологическая экспертиза?

— Во всём мире существует такая институция как экологический аудит. Он распространяется среди профессионального сообщества.

Принята программа ООН по устойчивому развитию, где чётко определены цели и задачи, которые необходимо решать при комплексном воздействии на окружающую среду, предусмотрен и механизм оценки. Это распространяется не только на предприятия, но и на целые регионы.

Устойчивое развитие – это когда экономическое развитие осуществляется с учётом экологических и социальных аспектов. Оценка должна быть комплексной и верифицирована независимой организацией.

Поэтому сотни тысяч транснациональных корпораций не могут пройти листинг на Лондонской или Нью-Йоркской бирже без отчётности по стандартам, которые подразумевают такой подход.

— Учитывается ли программа устойчивого развития в российском законодательстве?

— Такие попытки были при президенте Медведеве, были даже постановления правительства о необходимости введения такой отчётности для государственных компаний.

Многие наши нефтяные и газовые компании такой отчёт делают, те, которые котируются на западных биржах.

Но верифицирование этих отчётов происходит не российскими компаниями, теми, заключения которых принимаются зарубежными финансовыми структурами.

Наталья Черных, доктор биологических наук, заведующая кафедрой судебной экологии РУДН им. Патриса Лумумбы

— Если отвечать коротко – я против инициативы, выдвинутой законодателями. Экологическая экспертиза нужна обязательно!

— Противники экологической экспертизы говорят о её забюрократизированности, коррупционной ёмкости. Согласны ли Вы с этими аргументами?

— Любое дело можно рассматривать с разных точек зрения. Коррупция может быть везде, но это не означает, что мы должны отменять любые благие действия в связи с этой опасностью. Надо бороться не с экологической экспертизой, а с коррупционной составляющей. Это – совершенно другой аспект.

Если мы уберём предпроектную экологическую экспертизу, то в течение ближайших десяти лет мы усугубим проблему — по многим параметрам ситуация и без того плачевная и в охране, и в защите окружающей среды. Экспертиза – один из рычагов воздействия на строителей, чтобы они соблюдали определённые правила бережного отношения к окружающей среде.

Александр Кукса, магистр экологии и природопользования:

Идея более чем странная. С учётом того, что мусоросжигающие заводы одни из самых загрязняющих предприятий, экологическая экспертиза им необходима, чтобы рассчитывать санитарно-защитную зону, для понимания того, какой потенциальный ущерб они могут нанести.

— Если отменят ГЭЭ экспертизу при строительстве заводов, потом её отменят при жилищном строительстве… главное нАчать, а потом углУбить. Чем это чревато?

— Я согласен с тем, что процедура сильно забюрократизирована. В качестве примера: дозиметрический контроль проводится на территории до начала строительства, на стадии котлована, на стадии строительства фундамента или подвала и перед сдачей объекта. Но согласитесь – это избыточно. Если первая и вторая экспертизы показали нулевые значения, зачем проводить эти экспертизы дальше?

Очень часто здесь и появляется коррупционная составляющая. Важные дядечки в пиджаках говорят: ребята, мы понимаем, сколько вам дать денег, чтобы вы поставили нужную печать. А с другой стороны, экология такая наука, о которой вспоминают только тогда, когда начинают сильно болеть или умирать.

Тут же вспоминают о необходимости экологической проверки. Были случаи, и не только в России, когда в доме, после строительства и сдачи в эксплуатацию, было громадное количество радона. Люди заболевали и умирали. Долго не могли найти и понять, почему это происходит в таких масштабах.

Радон – альфа-радиоактивный газ, который поступает из почвы и скапливается в плохо проветриваемых помещениях. Я в своей практике сталкивался с тем, что в подвалы домов, построенных на месте бывшей свалки, поступали свалочные газы, в том числе- ядовитые.

Сталкивался с проектами, когда экологически полезный дом стоит в том месте, куда дует ветер с МКАДа, в результате чего возникает превышение угарного газа.

Экологическая экспертиза нужна и важна. Другое дело, что её надо регламентировать и проверять, действительно ли застройщик её делал, и, если делал, то в аккредитованной ли лаборатории.

Мне кажется, что правила нужно ужесточать и поощрять застройщика, чтобы он делал экспертизу.

Есть ответственные застройщики, которые заказывают дополнительные экспертизы, проверяют перед закупкой материалы, из которых собираются строить, а есть – безответственные, которые покупают самые дешёвые материалы, а потом пытаются сделать хорошую мину при плохой игре, доказывая, что у них материалы хорошие, а жильцы всё испортили

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *